Вводная   часть

В палеогеновом периоде (65млн.лет) в Северной Евразии, по крайней мере в Северо-Западной Европе, исчезают тропические элементы растительности и появляются роды, близкие к современной флоре умеренного климата. В эоцене (60млн. лет) и начале олигоцена (30млн. лет) в средних широтах обоих полушарий (Западном и Восточном) значительно потеплело и уменьшилась относительная влажность. Различия бореальных (с сезонным умеренным климатом) и тропических областей по термическому режиму были еще не велики и поэтому существенно не влияли на зональную дифференциацию растительности. Дифференциация в большей мере определялась условиями увлажнения (количеством и режимом выпадения атмосферных осадков). Следовательно, слабая зональная дифференциация растительности, связанная с относительным однообразием климата в палеоцене (65–60млн.лет)—раннем олигоцене (30млн. лет), способствовала совместному произрастанию на рассматриваемой территории бореальных– дуба, березы, ольхи, ивы, а также субтропических и тропических- пальм, магнолий и др.

Максимально широкое распространение залежей ископаемых смол (ИС) приходится на кайнозой эру (65 млн.лет – современное время) отмирания и сокращения ареалов мезозойских (230–65млн.лет) реликтовых форм и расцвета цветковых растений. Причем в кайнозое сформировались и самые ценные минеральные виды. В рассматриваемую эпоху углеобразования наступила следующая крупная перестройка древесной растительности, выразившаяся в полном исчезновении меловых  субтропических архаичных хвойных и появлении новой формации хвойных и цветковых растений, что вызвало интенсивную фазу сукциноза1 и накопления смоляных выделений (протоянтаря) в палеоторфяниках.

Комментарий

1. Сукциноз*(лат. succinosis от succinum-сок. – обильное истечение живицы*) . *Живица – смолистое вещество, выделяющееся при ранении  хвойных деревьев; содержится в смоляных  ходах,  пронизывающих древесину сосны, кедра, ели,  лиственницы. Застывшая на поверхности ствола живица предохраняет древесину от проникновения короедов, грибов и «заживляет» рану, отсюда и  название)

Все известные на земном шаре находки ископаемых смол связаны с флористическими сообществами вечнозеленой растительности с пальмами субтропического влажного климата и хвойно-широколиственных лесов умеренного влажного и теплого климата позднемелового—эоценового (70 – 30млн. лет), возможно и раннеолигоценового (30млн.лет) возраста. Появлению смолопродуцирующих хвойных растений и их обильному истечению живицы способствовала глобальная перестройка растительного покрова. Эта перестройка сказалась в быстром распространении покрытосеменных — магнолий, лавров, платанов, эвкалиптов, дубов и в появлении новой формации хвойных, в которой господствующее положение заняли сосновые и таксодиевые2.

Комментарий

2. — Taxodiaceae – семейство голосеменных хвойных растений подсемейство  Кипарисовые. Представителей этого древнего семейства называют живыми ископаемыми.

Природная экосистема  характеризовалась необычными контрастами, когда на одной территории одновременно сочетались зонально и экологически самые различные типы растительности, свойственные субтропическим, тропическим и умеренным широтам. Избыточное увлажнение, обводненность и теплый (близкий к тропическому) климат, вызвавшие интенсивную микробиологическую деятельность бактерий, плесени, дрожжевых, простейших, водорослей, грибов-паразитов, создали чрезвычайно противоречивую экологическую обстановку и дестабилизацию режима развития. Именно специфические климатические условия (периодическая смена влажности, а не температуры) и палеоэкологическая обстановка продуктивного периода обусловили одновременно как чрезвычайно благоприятные, так и неблагоприятные условия для роста янтарепродуктивных деревьев и сверхобильное выделение  живицы.


 «Янтарный лес» в изложениях  исследователей этой темы в 19-20 веках.

В прошедшие годы с публикации Г. Гепперта в 1845 году [1], этой теме было посвящено множество работ, ни одна из которых так и не смогла полностью ответить на весь спектр вопросов, касающихся ботанической принадлежности смолоносных растений. В настоящее время остается много вопросов, связанных как с составом флоры и фауны «янтарного» леса, так и со структурой этого биоценоза3.

Комментарий

3.- от греч. bios — жизнь и koinos – общий. Совокупность популяций животных и растений в данной среде обитания, приспособленных к ее условиям, связанных между собой различными взаимоотношениями и межвидовой конкуренции.

Вопрос о том, какое растение выделяло смолу, превратившуюся в янтарь, с одной стороны, решен еще в XIX веке, а с другой, не решен до сих пор. В 1890 году вышла классическая монография Г. Конвенца[2] в которой были представлены результаты изучения остатков древесины, листьев, пыльцы и пыльцевых шишек хвойных растений, сохранившихся внутри балтийского янтаря. Автор пришел к выводу, что продуцентом смолы была сосна  и это мнение, по сути, остается главным в отечественной литературе.

Попытки представить облик «янтарного» леса предпринимались многими исследователями, однако сделать это оказалось сложно в связи с разной экологической приуроченностью различных видов растений. Одним из недостатков многих гипотез является отрицание возможности совместного обитания представителей животного и растительного мира из различных природных зон [2]. Нахождение организмов из различных природных зон объяснялось либо обширной площадью (от Скандинавии до Средней Европы) произрастания «янтарного» леса [3], либо климатическими изменениями при длительном произрастании [4], либо гористостью рельефа, которая приводила к вертикальной зональности [5; 6; 7].                                                        

При изучении муравьев В. Вилер [8], пришел к выводу, что бореальная (сезонного умеренного климата) и тропическая фауны балтийского сукцинита представляют разные временные отрезки жизни «янтарного» леса, а не различную высоту над уровнем моря или географическую широту.

К. Андер [5] на основании обобщенных данных по насекомым из сукцинита считал всю область «янтарного леса» гористой: на вершинах и северных склонах гор росли хвойные леса, а в подножии и на южных склонах тропическая растительность.

Основной чертой третичной  растительности (65–2.5млн.лет) было совместное произрастание растений различных климатических зон [9; 10], что связывается с плохо выраженной зональностью, в период от верхнего мела (более 65млн.лет) до начала неогена (20млн.лет) [11], в связи со слабыми различиями по термическому режиму бореальной и тропической областей.

Г. Ларссон [12] представил свой вариант горного хвойного леса, в котором доминировали виды деревьев из порядка Pinales4 с высокими кронами.

Комментарий

4. — лат. Pinales – Сосно́вые, или Хво́йные.  Отряд растений, содержащий всех дошедших до нашего времени представителей хвойных растений: кедрсоснуельпихтулиственницусеквойюкипарисможжевельник и тис)а также семейства Taxodiaceaeи Araucariaceaeс (таксодивые араукариевые– семейство хвойных растений, восходящих к древним хвойным, часто называют «южными хвойными».

В. Катинас [13] представил «янтарный лес» следующим образом. На обширных холмистых территориях росли смешанные хвойно-широколиственные леса субтропического и теплоумеренного облика со значительной примесью тропических растений. Климат был гумидным, теплым, с хорошо выраженными сухими и влажными сезонами года. Верхний ярус леса образовывал некоторые виды секвой. Несколько ниже возвышались кроны многочисленных хвойных с множеством видов лиственных пород. Среди последних наиболее обильно были представлены виды дубы (Quercus), платаны (Dryophyllum), клены (Acer), с большим количеством лавровых,  миртовых с примесью пальм и лиан. Нижний ярус составляли мелкие деревья и кустарники. На почвенной подстилке росли мхи, папоротники и другие споровые растения. По окраинам лесов существовал богатый комплекс кустарников, травяной растительности (злаковые, зонтичные). Вероятно, субтропические хвойно-широколиственные леса с вечнозелеными кустарниками были распространены по понижениям рельефа, долинам рек и склонам гор.

На основе проведенных исследований древесины и коры в янтаре К. Шубертом рассматривалась возможность существования некоторых типов леса. Это скорее был лес сосново-пальмовый, сосново-дубовый и сосново-твердолистный (широколиственные деревья с твердой древесиной), росший в мозаичном порядке на горных склонах.

Наличие двух типов «янтарного» леса предполагал и Б.И. Сребродольский [14]. По его мнению, на равнинах рос смешанный лес, верхний ярус которого представлен секвойями (Sequoia), средний – соснами (Pinus), в нижнем ярусе господствовали дубы (Quercus), платаны (Dryophyllum), буки (Fagus), и туи (Thuja). А в холмистой местности «янтарный» лес был более однообразен: в большом количестве из деревьев встречались только сосны (Pinus) и древовидные можжевельники (Juniperus), в нижнем ярусе много различных трав. А. Кольман-Адамска [15] сделала вывод, что наличие во флоре «янтарного» леса представителей нескольких растительных сообществ с ландшафтным диапазоном, включающим в себя горы, равнинные леса и болота, является не только результатом морфологии территории, на которой эти леса находились, но еще благодаря тому факту, что в течение эоцена эти территории были расположены в крайней области между умеренной и субтропической зонами. Два типа флоры конкурентно занимали это пространство.

grafika-rekonstrukcziya-izobrazhenij-yantarnogo-lesa

1. Высокогорный хвойный лес: S – Sequoia (секвойя), A – Abies (пихта), P – Picea (ель), Lx – Larix (лиственница), Sc – Sciadopitys, C – Cupressaceae: Libocedrus, Chamaecyparis, Thuja. 2. Сосново-пальмово-дубовый лес и степь нижних горных высот: Pn – Pinus (сосна),Pl – Palmae (пальма), Q – Quercus (дуб), L – Lauraceae, Ac – Acer (клен), M – Magnolia(магнолия), Cs – Castanea (каштан), F – Fagus (бук), I — Ilex (падуб), Pt – Pittosporaceae,Z – Zamia (саговник), G – Gramineae (травы). 3. Влажный лес речных долин с глиптостробусом: Gl – Glyptostrobus, Mr – Myricaceae,Cl – Clethraceae, Sl – Salicaceae.

«Янтарный» лес следует рассматривать как общий для большой территории тип растительности, распространенный на приморских низменностях центральной Европы во второй половине эоцена. Изучение инфракрасных спектров балтийского янтаря из всей области его распространения позволяет утверждать, что смола, из которой образовался сукцинит, продуцировалась одним видом хвойных растений [17].

ОПИСАНИЕ «ЯНТАРНОГО» ЛЕСА

(по Б.И. Сребродольскому [14] с изменениями и дополнениями)

«Янтарные» леса палеогенового времени, какими бы сказочными они ни казались, не только существовали, но и были неотъемлемой частью растительного покрова Земли, при этом ученые предпринимали не одну попытку воссоздать их облик. Предполагают, что они покрывали территорию Дании, юг Швеции, север Германии, практически всю Польшу, Калининградскую область России, Литву, юг Латвии, юго-запад Беларуси и большую часть правобережной Украины. В настоящее время остается много вопросов, связанных как с составом флоры и фауны «янтарного» леса, так и со структурой этого биоценоза. Сложность усугубляется еще и тем, что растительные включения в янтаре очень разнообразны по своей природе и происходят из разных естественных сред, существовавших в разных климатических зонах.


Библиографическая информация


1.Goeppert, H. R. Der Bernstein und die in ihmbefindlichenPflanzenreste der Vorwelt / H. R. Goeppert, G. C. Berendt. – Berlin, 1845. – 126 s.

2. Conwentz, H. Monographie der BaltischenBernsteinbaume / H. Conwentz. – Engelmann. Danzig, 1890. – 151 s.

3. Bachofen-Echt, A. F. Der Berstein und seine Einschlusse / A. F. Bachofen-Echt. – Springer-Verland: Wieden. 1949. – 204 s.

4. Krzeminska, E. W bursztynowes putapce / E. Krzeminska, W. Krzeminski. – Muzeum przyrodnicze Instytutu Systematyki i Ewolucji Zwiezzat PAN. – Krakow, 1993. – 141 p.

5. Ander, К. Die Insektenfauna des baltischenBernsteinsnebstdamitverknupftenzoogeographischenProblemen / K. Ander. – LundsUniversit. Arsskr., N.F., Lund. 1942. – Vol. 38, № 4. – 82 S.

6. Kohlman-Adamska, A. A graphic reconstruction of an «amber» forest / A. Kohlman-Adamska. – The Amber Treasure Trove. Warsaw: Museum of Earth, 2001. – P. 15–18.

7. Wetzel, W. MicropalaontologischeUntersuchungen an schleswig-holsteinischen Bernstein / W. Wetzel // N. Jb. Gel. Palaont.,Mh., Stuttgart, 1953. – B. 7. – S. 311–321.

8. Wheeler, W. M. The ants of the Baltic Amber / W. M. Wheeler // Schr. phys.-okon. Ges. zu. – Konigsberg i. Pr., Konigsberg, 1915. – Vol. 55. – P. 1–142.

9. Larsson, S. G. Baltic Amber / S. G. Larsson. – Paleobiological Study. – Klampenborg: Scandinavian Science Press, 1978. – 123 pp.

10. Weitschat, W. Atlas of plants and animals in Baltic amber / W. Weitschat, W. Wichard. – Munich, Germany: Dr. Friedrich Pfeil Publishing, 2002. – 260 p.

11. Трофимов, В. С. Янтарь / В. С. Трофимов. – М.: Недра, 1974. – 184 с.

12. Larsson, S. G. Baltic Amber / S. G. Larsson. – Paleobiological Study. – Klampenborg: Scandinavian Science Press, 1978. – 123 pp.

13. Катинас, В. И. Янтарь и янтареносные отложения Южной Прибалтики / В. И. Катинас // Сб. науч. тр. ЛитНИГРИ. – Вильнюс, 1971. – Вып. 20 : Янтарь и янтареносные отложения Южной Прибалтики. – 150 с.

14. Сребродольский, Б. И. Мир янтаря / Б. И. Сребродольский. – Киев: Наукова думка, 1988. – 143 с.

15. Kohlman-Adamska, A. Reconstructing an amber forest on the basis of plant inclusions in Baltic amber. – In: Baltic amber and other fossil resents / A. Kohlman-Adamska. – Warsaw, 1997. – 26 p.

16. A new proposal concerning the botanical origin of Baltic amber / A. P. Wolfe [et al.] // Proc. Roy. Soc., 2009. – V. 276. – P. 3403–3412.

17. Kohlman-Adamska, A. A graphic reconstruction of an «amber» forest / A. Kohlman-Adamska. – The Amber Treasure Trove. Warsaw: Museum of Earth, 2001. – P. 15–18.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: